Фольклор Приильменья
Петр Золин
доктор исторических наук, профессор

Не будем повторять аргументы сайта «Фольклор и постфольклор: структура, типология, семиотика» и подобных ему в пользу происхождения фольклора в палеолите десятки тысяч лет назад. Можно напомнить труды патриарха отечественной фольклористики  Елеазара Моисеевича Мелетинского, где он указывает первобытные истоки словесного искусства, мифы древнего мира в сравнительном освещении и т.п.
Мне довелось в статье «Читая Мелетинского» и в ряде других материалов сайта подчеркнуть основную аргументацию в пользу существования относительно развитого фольклора в палеолите Восточной Европы в округе священных гор Рип (Риф). Одни богатейшие погребальные обряды Костенок и Сунгири 25 – 30 тысяч лет назад чего стоят !

Рис. 1. Одно из погребений Сунгири (окраина Владимира). 25 тыс. лет назад.

К сожалению, увлеченность новгородским фольклором средневековья и особенно минувших двух веков оставляет без внимания фольклористов досредневековые пласты фольклора Приильменья (напомним, Волхов впадает в Ладожское озеро). В связи со слабой изученностью и еще более слабой пропагандой археологических памятников Новгородской земли досредневековья реконструкция фольклора той поры вызывает немало трудностей. Но, пожалуй, не больше, чем этимология имен новгородского гусляра Садко (в частности, от «царек») и Василия Буслаева (античные правители Скифии и Сарматии именовались василевсами-басилевсами).
Мой сверстник д.и.н. Юрий Евгеньевич Берёзкин на основе огромного комплекса фундаментальных работ убедительно доказывает происхождение многих фольклорных сюжетов на разных континентах со времен палеолита. Особенно в фундаментальном массиве «Тематическая классификация и распределение фольклорно-мифологических мотивов по ареалам»(Мифы глубокой древности. Ю.Е.Березкин)

Уже десятки тысяч лет назад начали формироваться очаги избранных мотивов, характерных для центральноевразийского (красные кружки) и тихоокеанского комплексов (синие и зеленые). Синим обозначен комплекс мотивов, преимущественно распространённых в Австралии – Меланезии и в Южной Америке, зелёным – связывающий преимущественно Ассам и Юго-Восточную Азию (включая Филиппины) с Америкой в целом. Величина кружка соответствует числу мотивов, зафиксированных в данной традиции (от 1 до 10, в австралийской традиции – до 17). Всего учтено 12 евразийско-североамериканских мотивов, 20 юго-восточноазиатско-американских и 20 меланезийско-южноамерикансиких.

Рис. 2. Встречаемость избранных мотивов, характерных для центральноевразийского (красные кружки) и тихоокеанского комплексов (синие и зеленые)

Сходство сюжетов центральноевразийского и североамериканского мотивов (красные кружки) идут на глубину 20 – 30 тыс. лет, когда общины «хомо сапиенс сапиенс» выходили из Евразии в Америку. Но туда попадали и выходцы с островов Тихого океана, что создавало причудливую картину фольклорного взаимодействия.
В данном случае важно отметить, что в центре Европейской России – примерно в округе гор Рип – было заметное фольклорное ядро, уступавшее лишь округе Кавказа. И это требует соответствующего внимания и новгородских фольклористов. Вероятно, сюжеты запоминались в доностратических и ностратических языках. Но из них – в частности – появился индоевропейский, а из него и русский. И хотя словесное выражение несколько менялось, нередко на больших пространствах не менялась суть фольклорных сюжетов.
Это доказывает – к примеру, – истолкование пятен на лунном диске (рис. 3). Народы Евразии от Скандинавии (Балтийского моря и Новгородской земли) до островов Рюкю, а также индейцы северо-западного побережья Северной Америки различали в них фигуру человека, пошедшего за водой (обычно это девочка или женщина с вёдрами – их делали и из дерева, бересты, кожи).
Для части жителей Индии, китайцев, юкагиров, дакота, индейцев Мексики пятна складывались в силуэт кролика или зайца . А для большинства обитателей Южной Америки, Юго-Восточной Азии, Австралии и Южной Африки это были просто пятна – след раны, удара, ожога, грязь или краска на лице или теле Луны.

 

Рис. 3. Распространение вариантов истолкования лунных пятен. Синие кружки - девушка-водоноша или иной персонаж с вёдрами (с емкостями для воды: деревянными, берестяными, кожей и т.п.) в руках. Оранжевые кружки - лунные пятна не имеют фигуративного истолкования, это след удара, ожога, грязь или краска.


Оранжевые кружки - связь более древняя. Синие – относительный индикатор движения цивилизации, где люди уже пользовались емкостями для воды. И хотя бы мезолитическая Новгородская земля попадала в регион такой «бытовой цивилизации».

Цивилизационные представления закреплялись и в трактовках Млечного пути. Если индусы, аборигены южной Австралии, майя и тотонаки в Мексике, некоторые индейцы Южной Америки считали, что Млечный путь есть огромный змей. А вьетнамцы, китайцы, японцы, чукчи, сэлиши, сиу, древние перуанцы, арауканы полагали, что это небесная река. То ненцы, ханты, якуты, эвенки, орочи, эскимосы юго-западной Аляски видели на небе лыжный след. Литовцы, эстонцы, жители Новгородской земли, саамы, марийцы, казахи, киргизы называют Млечный Путь «Птичьей дорогой». Для арабов, египтян, сербов, армян, чеченцев, таджиков это была просыпавшаяся с воза солома.

Рис. 4. Некоторые широкораспространённые представления о Млечном Пути. Зелёные кружки – Млечный Путь как дорога перелётных птиц; синие – лыжный след; красные – рассыпанная солома; фиолетовые – река; черные – космический змей (в Океании – угорь, ящерица, акула).


Конечно, это фиксация представлений примерно со времен неолита – ранее рассыпанную солому найти трудно. А связь Млечного пути с перелетными птицами на Новгородской земле подтверждается обильными изображениями промысловых птиц – например – на керамике.

Рис. 5. Неолитические фигурки уток

Рис. 6. Юрий Евгеньевич Берёзкин – этнограф, специалист по истокам фольклора.

По его мнению, сходство немалого числа сюжетов обусловлено происхождением от общей предковой традиции (в дальних корнях – из Африки), многократным копированием одних и тех же рассказов. Где-то раз появившись, любой сюжет или образ мог сохраниться постольку, поскольку он казался интересным и важным и был в то же время прост по своей структуре, мог легко запомниться и быть передан дальше.
В фольклоре веками и тысячелетиями осуществлялся отбор таких ярких, запоминающихся элементов. Прервать подобный процесс способны два обстоятельства. Первое – кардинальные перемены в культуре типа тех, которые происходят сейчас и в результате которых многие народы утратили традиционные мифологию и фольклор. Второе – переселения и завоевания, когда под угрозой оказывается существование самих переносчиков фольклорных сюжетов.
Однако полное вымирание большой группы людей – явление редкое. Если оно и случалось, то на крайнем севере, где плотность населения была исключительно низкой, а условия жизни экстремальными. Гораздо чаще носители традиции либо переселялись, унося с собой свои мифы, либо сливались с пришельцами, передав им часть собственного духовного наследия и в свою очередь заимствуя элементы новой культуры.

Ныне популярна его книга (Ю. Е. Березкин ) «Мифы заселяют Америку. Ареальное распределение фольклорных мотивов и ранние миграции в Новый Свет», «ОГИ», серия: «Нация и культура. Новые исследования», М. 2007 г.

По очень осторожным оценкам, Америка начала заселяться из Евразии 13-15 тысяч лет назад, хотя и позже люди наверняка проникали туда из Азии. Контакты между двумя континентами должны были быть особенно интенсивными в тот период, когда ледники, преграждавшие путь из Аляски на юг, уже растаяли, а сухопутный мост между Чукоткой и Аляской ещё сохранялся, то есть 10-12 тысяч лет назад.
Исследователем дан добротный обзор истории заселения Америки от появления человека до эпохи средневековых европейских контактов. Использованы материалы археологии, этнографии, лингвистики, физической антропологии. Основное внимание уделено вопросам преемственности культурного развития в отдельных регионах от Арктики до Огненной Земли. Предлагается реконструкция прошлого по данным фольклора и мифологии, выявлены тенденции распространения среди индейцев и эскимосов более тысячи фольклорных мотивов. На основании этих данных предложен сценарий заселения Северной и Южной Америки.

Произнеси автор этой статьи фразу «Мифы заселяли Приильменье», как у доминирующих в мировоззрении новгородцев авторитетов сведет скулы. Ни черта эти авторитеты, доминирующие на информационном поле, не хотят знать кроме своих устойчивых примитивных представлений о началах Новгородской земли – примерно от Рюрика и все. Так им проще. Но проще – далеко не всегда верно и полезно.

Да, слово «фольклор» имеет несколько значений. В широком значении, фольклор – это традиционная народная культура, компонентами которой являются верования, обряды, танцы, прикладное искусство, музыка и т. п. В узком же смысле термин стал использоваться с начала 20 века. Под фольклором стали понимать словесное творчество конкретного народа. Но фольклор появился в глубокой древности, в эпоху верхнего палеолита. Это сравнительно общеизвестные банальности.

Первыми элементами фольклора десятки тысяч лет назад становились обряды, заговоры и заклинания, которыми древние люди стремились умилостивить богов, повлиять на силы природы. Магические заклинания оказывались силой, способной принести удачу во время охоты, а позже – и обеспечить хороший урожай. В те далекие времена словесный фольклор был неразрывно связан с музыкой, танцем и даже с ритуальной одеждой людей. Обряд включал в себя два компонента: обрядовые действия и вербальный компонент, который эти действия сопровождал. Постепенно вербальный (словесный) компонент обряда стал существовать отдельно от обрядовых действий. Обряд совершался с целью избавления человека от болезни, с целью приворожить любимого, найти вора (тать), защитить от дурного глаза, вызвать дождь, защитить животных и т.д.
Даже ныне в русской глубинке еще жива заговорно-заклинательная традиция. Так называемые «бабушки» являются хранительницами этих традиций. Лечат, привораживают любимого человека или отворачивают ненавистного, совершают обряды, связанные земледелием и скотоводством. Русский человек издавна верил в магическую силу слова. Это вера жива и по сей день, являясь наследием языческого прошлого славян, о чем прекрасно рассказал в своих книгах Б.А.Рыбаков.

Почти одновременно с заговорами и заклинаниями уже в палеолите возникли родовые предания и мифологические рассказы, передававшиеся от родителей к детям. Они были тесно связаны с верованиями и мифологией древних славян. Но мифы постепенно предавались забвению. Функции мифов тогда и брал на себя фольклор. Он стал средством накопления, сохранения и передачи народного опыта, духовных ценностей из поколения в поколение.

Источники: ruthenia.ru, trinitas.ru, ru.wikipedia.org, modernlib.ru, booksite.ru, dic.academic.ru, svobodanews.ru, rf-history.narod.ru

Страница 1, 2, 3