Возвращение Новгородских сказок из Парижа домой

Изданию этих сказок предшествовала почти сказочная история, его величество случай причастен к этой истории наверняка.

Началось все в парижской квартире дочери писателя Бориса Зайцева Натальи Борисовны Сологуб-Зайцевой, где я познакомилась с ее лицейской подругой Ириной Сергеевной Мамонтовой-Серовой. Она как-то робко спросила меня о том, не бывала ли я в Новгороде. И узнав, что кусочек моей жизни был связан с этим городом, еще тише спросила: «Не слыхали вы о городе Боровичи?» По интонации и взгляду я поняла, что с этим вопросом она безрезультатно обращалась много раз. Получив положительный ответ от меня, Ирина Сергеевна нараспев, красивым низким голосом почти с испугом и с восторгом прошептала: «Господи помилуй, Господи, помилуй, Наташа, ты слышишь, Галина видела Боровичи!»

Мы встретились еще раз в ее доме на бульваре Мюрат, и я узнала, что родители Ирины Сергеевны были уроженцами Боровичей и что отец часто рассказывал ей о своей родине и очень хотел ее увидеть, но не пришлось... И что в Боровичах остался младший брат отца Петр Михеевич, принимавший участие в издании последней редакции словаря Даля, а сестра отца Мария Михеевна много лет собирала сказания, народные предания по Вологодским и Новгородским землям - и они были изданы в 20-х годах. «Не пришлось ли вам их читать?» Я была почти уверена, что таких сказок не было в наших библиотеках, во всяком случае и я, и другие дети росли без них.

Ирина Сергеевна протянула мне тоненькую с пожелтевшими страницами книжечку. С открытой наугад страницы на меня дохнуло Новгородчиной, Русью и безудержным юмором. Книга была издана издательством «Петроград» в 1924 году тиражом всего четыре тысячи экземпляров.

Вечером на Монмартре, читая эту книгу, я чувствовала, как меня и моих соотечественников обокрали.

По возвращении домой я посетила Боровичи и Новгород. Никто ни в музеях, ни в библиотеках не был знаком со сказками. Мне удалось узнать, что Петр Михеевич Серов жил и умер в Боровичах, но при жизни никогда не вспоминал о брате Сергее, а про сестру Марию говорил, что погибла, но без подробностей - погибла и все...

В 1925 году книжку привезла в Париж сама М. Серова. Переписка вскоре прервалась: советским людям опасно было писать в Париж...

Семья Мамонтовых во время войны выезжала из Парижа, но книгу сохранила, и не только эту книгу...

Ирина Сергеевна Мамонтова-Серова подарила драгоценный экземпляр сказок мне - по рождению боровичанке - с робкой надеждои, что книгу когда-нибудь переиздадут в России: «Вам там сейчас так не хватает смеха, здорового смеха, и пусть она вернется домой, нам уж не придется...»

Я прочла дарственную надпись: «Дорогой Галине Валериановне в память о нашей встрече в Париже и об открытии Боровичей» - и пообещала самой себе в этот момент: «Будут читать эти сказки на Родине».

Еще хочу добавить, что отец Ирины Сергеевны лечил семью Буниных, Ивана Шмелева, и они вместе жили на юге Франции в Грассе.

Путешествие «Новгородских сказок» длиною почти в 70 лет закончилось. Кусочек наших корней, нашей культуры, сохраненный во Франции русскими людьми, вернулся домой учить нас смеяться.

Низкий поклон Ирине Сергеевне и всем им - изгнанным, ограбленным, оболганным и непускаемым очень долго домой даже в гости,- за сохраненную в изгнании Россию.

Галина Лысенко-Варик
Париж - Петербург