Волхов – ящер…
Петр Золин
доктор исторических наук, профессор

Первые послеледниковые поселенцы Поозерья несколько тысяч лет назад неизбежно давали и первые названия водоемам и приметным местам округи. Эти названия – вероятнее всего – имели ностратические корни, объединявшие языки евразийцев еще 15 – 10 тысяч лет назад. (по публикациям сайта сравнительно легки самостоятельные поиски созвучий, близких по смыслу, например, Волхову).

Ныне – в реальной науке - невозможно отдать первенство в этих названиях кому-либо одному: финно-уграм или балтам, тюркам или славянам, северным семитам или германцам… Хотя всяких подобных попыток – нередко провокационных геополитически – не счесть.

Волховъ – тому яркий пример. А эта река с притоками и рукавами тысячи лет поила и кормила рыбой и раковинами (мидиями как бы) жителей округи Новгорода. Украшала и украшает здешний ландшафт. Тысячелетиями была основным путем сообщений.

 

(фото сайта Администрации города) Исток Волхова из Ильменя. Снимок от Юрьева монастыря. Правый берег (река течет обычно на север) – неолитическое поселение Коломцы (позже монастырь). Левый – Перынский скит.

Всегда дотошный Максимилиан Романович Фасмер (Max Julius Friedrich Vasmer; 1886 - 1962) по этимологии Волхова указал нечто очень краткое и как бы невнятное, беглое. Явно не соответствующее значению былинной реки в российской истории.

«Слово: Волхов. Ближайшая этимология: -- река, вытекающая из озера Ильмень и впадающая в озеро Ладогу, др.-русск. Волховъ.

Дальнейшая этимология: Принимая во внимание шв. AІlhava в грам. XVI в. и фин. Olhavanjoki, Миккола (JSFOu 23, No 23, стр. 11) производит это название из фин. Olhava (см. также Миккола AЁB 10; Калима 262). Едва ли убедительней сближение Погодина (ИОРЯС 16, 4, 37 и сл.) с фин. velho "волшебник" (см. волхв). Страницы: 1,346»

Понятно, версия – да еще этимолога с мировым именем - возможная. Но явно не единственная и не самая правдоподобная. Даже школьник поинтересуется, почему это шведское AІlhava (Айлхава) и финское Olhavanjoki (Олхавайоки) 16 века и позже должны учитываться в этимологии, а собственно русское Волховъ, идущее с 11 – 13 вв., нет !?.  Да и зачем вести Волховъ от финского velho (волшебник, волхв; что может быть в финском и от русского), когда обоснованнее прослеживать название реки прямо от  славянского волхва (Волхова с полногласием)?!

Общеизвестно, что волхв - служитель языческого культа (на Руси IX-XIII вв.); прорицатель, кудесник, колдун. Это аналог восточных магов, как считали летописцы. Они упоминали – к примеру - Симона Волхва (греч. Σίμων ό μάγος) — из самарийского местечка Гиттон, современника апостолов, основателя дожившей и до III в. гностической секты симониан, или еленгиан (по имени его спутницы Елены). Остается вопрос, когда именно слово «волхв» (волховъ) появляется у славян.

Волхова в берестяных грамотах 11 – 15 веков нет, но важны слова на «В-« с окончанием «–ов» (или с полезным для трактовки Волхова смыслом) : В]льютовъ п. прит.: Р. мн. ў Въльютовыхо 2; в]дунъ м.: И. ед. ведуно 378 (возм. собственное); Вyшково с. геогр.: М. ед. на Вышковъ 519; Волотковая ж. по мужу: Д. ед. Волотъковъи 293; Волосъ м. личн.: И. ед. Волосе 50, 458 (в похоже на з); Р. Волоса 914; Д. ко Волосоу 604; Т. с Волосомо 50; Воиковъ п. прит.: В. ед. м. Въ[и]къвъ 332а; Вн]здовъ п. прит.: И. ед. м. Внездове внуке 289 и др. Ольха в грамотах отсутствует.

Здесь надо обращаться к знаменитому труду И.И. Срезневского «Материалы для словаря древнерусского языка». (М., 1958. Т. 1-3). И понимать, что постоянное произношение слова «волхвов» (принадлежащий волхвам) неизбежно приведет к выпадению среднего «в» в составе трех согласных, так как это постоянно затрудняет именно произношение.

 

Так что созвучия Волхову в письменных источниках с 11 века явно присутствуют. Волхвовь, волхвование, вълховъ и т.п.

 

Некий latinisttt (латинист) в Интернете страстно возразил Фасмеру:

«Река ВОЛХОВ. Этимология Статья в моём словаре получилась необычно сложная – единственная в своём роде по сложности.

Впрочем, расскажу всё по порядку. В советской (то есть русофобской…) официальной традиции принято считать, что это финское слово. И вообще: половина русских рек имеют названия финского происхождения (ВОЛГА, МОСКВА, НЕВА и т.д.). Вот и ВОЛХОВ – тоже. Финское слово и только финское! Категорически финское! Это просто какой-то ужас: в очередной раз я натыкаюсь на самое очевидное зомбирование: идёт многократное повторение одной и той же лжи: финское-финское-финское!.. Люди читают, выучивают наизусть и начинают верить. И я тоже верил. Но вот теперь увидел, что это слово индоевропейское.

Смысл его и очень прост, и очень сложен одновременно.

Если коротко, то это волшебная река. Те, кому скучно, дальше могут не читать – я уже всё сказал. Но всем остальным всё же сообщаю подробности: значение слов ВОЛШЕБНЫЙ, ВОЛХВОВАТЬ, ВОЛХВ с самого начала содержало в себе осуждение этого явления. Божественная сторона дела у древних индоевропейцев увязывалось с божеством ВЕЛЕСОМ или в другой традиции ВОЛОСОМ. Есть мнение, что это разные божества, охотно допускаю это, но совершенно очевидно, что оба слова (ВЕЛЕС и ВОЛОС) одного происхождения и первоначально означали одно божество. Так вот, ВЕЛЕС-ВОЛОС – это то, что принято и одобрено в качестве общенародной точки зрения на вещи. ВОЛШЕБСТВО и все сопутствующие ему явления и божества – это то, что принято лишь частью общества и осуждается большинством как нечто греховное. Значение слова ВОЛХВ – альтернативное божество, противопоставленное ВЕЛЕСУ-ВОЛОСУ, или так: жрец, поклоняющийся альтернативному божеству.

Я уже писал много раз, что большинство русских гидронимов имеет такое примерно значение: место, где совершался такой-то обряд с такими-то жертвоприношениями. Другая часть гидронимов увязывалась с племенными сходками и межплеменными отношениями, которые часто увязывались со всякими ритуалами.

Современная православная церковь осуждает языческие обряды. Точно так же в древности, когда нашу страну населяли индоевропейцы, ещё не выделившие из своей массы славян, в качестве основной принималась вера в ВЕЛЕСА-ВОЛОСА, а вера в волшебство осуждалась.

Река ВОЛХОВ – это река, на которой совершался ритуал, связанный с волшебством, а не с ВЕЛЕСОМ-ВОЛОСОМ.

Обычай увязывать название рек и озёр с какими-то ритуалами и племенными событиями я объясняю так: индоевропейцы поклонялись воде. Эта сила природы ими ставилась на самое первое место. Событие, совершённое возле воды, считалось особенно значительным. К воде обращались напрямую с просьбой посодействовать или быть свидетелем. Разумеется, имелось в виду, что в данной воде живёт некое божество, которое ведает делами этого водоёма. И обращение шло именно к этому божеству».

Это выстраданная версия. Есть в ней смысловые, но не показаны лингвистические доказательства.

Еще версия. Скандинавские списки «Этимологий» Исидора Севильского (рукописи 14 и последующих веков) указывают: «Река, которая отделяет Европу от Азии, называется Танаис (8). Дун называется река самая многоводная в Европе. В нее впадают 60 больших рек, и [она] впадает в море семью рукавами, [и] все они велики (9). В этой части мира другие великие реки таковы: Непр и Нюйа, Сеймгол, Дуна, Олькога, Вина, Кума, Саксэльв, Падуе, Тибр, Родон, Бетус (10)». Танаис (Дон) считался границей между Европой и Азией уже в античной географии (в частности: Дитмар А.Б. К истории вопроса о границе между Европой и Азией. — Учен. зап. Ярослав, гос. педагогического ин-та им. К.Д. Ушинского, 1958, вып. XX (XXX), ч. 1. География, с. 33-49. ).

Наиболее привлекательна здесь Olkoga (с вариантами в списках Olkoga; Olkog (i)a*** ; Olkog (i)a*** ; Olkoga ).

О. Прицак, проанализировавший перечень рек, считает, что существовали две его редакции, в первой из которых (AM 194, 8°) отсутствовало название Olkoga, интерпретируемое им как Волхов, но зато имелось название Волги, переданное в результате ошибки переписчика как Manga . Вторая редакция характеризуется присутствием гидронима Olkoga и отсутствием наименования Olga; в протографе же, по его мнению, присутствовали оба названия, сходные по написанию: Olkoga и Olga (Pritsak О. The Origin of Rus', p. 549). Формант – га однозначно трактуется в пользу неславянства, забывая слова типа дорога, снега, стога и т.п.

При этом он считает, что написание Manga возникло как повторение последнего слога предшествующего гидронима (Kauma) и неправильного прочтения переписчиком сочетания -ol- как -n- исходного гидронима Olga, которое Прицак восстанавливает на основе встречающегося в туле, содержащей перечень рек, слова olga наряду с несколькими другими восточноевропейскими гидронимами, и уверенно отождествляет его с гидронимом Волга.

И даже заинтересованные специалисты норманизму здесь отказывают: «Что касается идентификации гидронима, то, как и раньше (Мельникова Е.А. Древняя Русь…, с. 150), представляется затруднительным с уверенностью отождествить его с названием Волги или Волхова. Во-первых, неясны причины отпадения начального в-, которое обычно удерживалось при заимствовании древнерусских слов в древнескандинавских языках (ср.: Владимир — Valdimarr). Во-вторых, гидроним Olkoga не соответствует полностью ни одному из двух русских названий. Отсутствие же контекста лишает возможности опираться на металингвистические данные. Единственное, что, пожалуй, говорит в пользу отождествления гидронимов Olkoga и Волга, — это сохранение в скандинавской форме окончания -га, свойственного финским субстратным гидронимам севера Европейской части СССР (из фин. -jogi, -joki — «река»; ср.: Пинега, Молога, Ежуга и др. См.: Попов А.И. Следы времен минувших. Л., 1981, с. 60; Матвеев А.К. Субстратная топонимика русского севера. — Вопр. языкознания, 1964, № 2, с. 64-83; Мурзаев Э.М. Очерки топонимики. М., 1974, с. 31), тогда как объяснить переход -ов в гидрониме Волхов (даже в его архаичной форме -ово-) в -ga невозможно. 19.03.2008 ».

Оставим упорные привязки «– га» только к финно-уграм на совести «привязывающих» (условно «недотроги»), а рассмотрим еще некоторые версии.

Для активно исследующего раннюю Русь В. Егорова убедительная такая линия рассуждений:

«Волхов… Такое вот странное, хотя и вроде бы ставшее привычным, название реки. Откуда оно такое? Поскольку этимология Ладоги, как мы уже успели выяснить, местно-финская, разумно там же поискать этимологические истоки Волхова. Именно так поступил М. Фасмер:

 «Принимая во внимание шв. Alhava в грам. XVI в. и фин. Olhavanjoki, Миккола… производит это название из фин. Olhava… Едва ли убедительней сближение Погодина… с фин. velho "волшебник" (см. волхв)».

К «неубедительному» сближению М. Погодина, историка XIX века, еще придется вернуться, поскольку ссылка Фасмера на финского языковеда и слависта И. Микколу на самом деле оказывается указанием в никуда: по-фински Olhava [олхава] ничего не значит, оттого-то Миккола «принимает во внимание» шведское Alhava [альхава]. Но и по-шведски Alhava, о чем умалчивают и Фасмер и Миккола, — пустой звук. Таким образом, ни у Мкколы, ни у Фасмера ответа на вопрос о происхождении имени реки нет. Не удалось его мне найти и в других местах. Посему пришлось искать свою этимологию, не моя вина, что она оказалась… готской! Или, вновь правильнее сказать, древнегерманской.

В поисках этимологических истоков Волхова я не был оригинален: идя проторенным путем, начал со слов со значением «река», «поток», «вода» и им подобных. К собственному моему удивлению, результат, хотя и неожиданный, не заставил себя долго ждать. Все в том же словаре Кёблера, пожалуй, самом полном доступном в Интернете словаре готского языка, нашлось слово с целым букетом как раз нужных значений: ahva — «река, поток, текущая вода».

Источники:  www.adm.nov.ru, vasmer.narod.ru, gramoty.ru, imwerden.de, livejournal.com, www.vbrg.ru

Страницы: 1, 2, 3, 4, 5